?

Log in

No account? Create an account

Солдатский путь

Воспоминания о жизни и воинском долге


Previous Entry Поделиться Next Entry
Солдатский путь. Глава 4
anniversary, ribbon
aakrupennikov
1-й Украинский фронт. Правобережная Украина.

Переезд по железной дороге от Кубанской станицы Старо-Нижестеблиевская до Киева продолжался с 21 ноября до 7 декабря 1943 г., то есть длился более двух недель. В дырявых, местами побитых бомбежками, издерганных перегрузками войны четырехосных вагонах - теплушках - на самом деле было холодно. Станции по пути следования нашего эшелона были заняты другими эшелонами - на фронт следовали воинские части, шли эшелоны с горючим, боеприпасами, с фронта встречались госпитальные поезда с сотнями раненых. В начале декабря мы были в Дарнице под Киевом. Начали возвращаться в родные места беженцы. Весь личный состав ходил на площадь в Дарнице, где состоялась казнь военного преступника. Был зачитан приговор военного трибунала и обвиняемый тут же был повешен.

Вновь эшелон. И, насколько я помню, он пошел первым через только что отстроенный (или восстановленный) мост через Днепр. Нам казалось, что вагоны качает, а мост - скрипит. Все мы боялись что вот, вот вместе с вагонами полетим в воду реки. Но вот и правый берег, уже ночь, разгрузились где-то на западной окраине Киева, в Святошино, если память не изменяет. Там несколько дней отдыха с ночлегом в домах местных жителей и полк вместе с другими частями дивизии пешим маршем вышел к линии фронта. Наш полк занял оборону в лесу у селения Раковичи под Житомиром, занятым врагом.

Наступление началось 24-го декабря. После мощной 50 минутной артподго-товки в этот день части дивизии заняли Раковичи. 25 декабря было перерезано шоссе Житомир-Киев, противник потерял до 300 человек, и было взято в плен 130 человек.
Овладев рядом населенных пунктов, 30 декабря полк вышел на р. Тетерев в районе селения Левков.

В начале стояла оттепель, снега посерели и раскисли. Ботинки с обмотками и валенки, ватные куртки и шинели - все насквозь промокло. А потом резко похолодало. Все стало резким, ломающимся, дубовым, спасало только движение, да редкие обогревы в освобождаемых в ходе наступления селах. 31 декабря, последний день уходящего года, как и предшествующие дни, полк встретил в наступлении - в этот день передовые подразделения полка ворвались на станцию Кодня на железной дороге Житомир-Бердичев. 1 и 2-го января преследование отходящего противника продолжалось. Точнее это было наступление наших частей против упорно цепляющегося за каждую позицию врага.

Особенно ожесточенные бои в эти дни полк вел за село Екатериновку и хутор Рея. Почти не было боеприпасов: специальные и транспортные подразделения полка отстали. К тому же их здорово 1-го января потрепала авиация. В районе села Янковцы транспортную роту полка бомбили 24 самолета "Юнкерс-87". Еще более ожесточенному налету в районе хутора Рея подверглись спецподразделения полка, находившиеся на марше, в том числе и наша батарея. Группа за группой самолеты, выстроившись в гигантское в виде эллипса кольцо, пикировали на слабо прикрытые зенитными средствами подразделения полка. Сверлящий, словно выворачивающий душу вой бомб, скороговорка зениток, треск самолетных пушек и пулеметов, пороховая гарь и запах свежеразвороченной земли и все перекрывающее дикое ржание лошадей лишь в малой степени могут воссоздать то, что происходило. Шуму и страхов было много, а потери наши были относительно не велики: полк потерял двенадцать человек убитыми и ранеными и 16 коней. Сказались сноровка фронтовиков, широкая рассредоточенность в походе и умение быстро находить укрытия. Даже воронки от первых взорвавшихся авиабомб были быстро заполнены людьми. Как мы уже упоминали, бои за Катериновку подразделения полка вели почти без боеприпасов. Весь день первого января противник контратаковал. В батарее были убитые и раненные. Убыл в госпиталь по ранению и мой боевой друг, сержант Валентин Васильченко.

Утром 2-го января противник пошел в очередную контратаку. В какой-то миг цепи стрелков дрогнули. И здесь очень помогли выдержка и мужество командиров. Командир полка подполковник Михаил Николаевич Жирнов был непосредственно в пехотной цепи, рядом с ним находился заместитель по политчасти Павел Филиппович Романюк. В полку очень хорошо знали и любили этого статного и красивого, еще совсем молодого человека. Его боевой путь прошел в рядах нашей шахтерской дивизии, в которой он вырос от политрука роты до замполита полка. В этом бою Романюк также был в передовой цепи, личным примером мужества воодушевляя бойцов. Он сам горел нетерпением быстрее продвигаться вперед: совсем рядом от Бердичева, на подступах к которому шли эти бои, было его родное село Садки. Там его ожидали старушка-мать, жена, дети. Вражеская пуля в разгар контратаки оборвала жизнь Павла Романюка, в восемнадцати километрах от своего родного дома.

До сих пор помню а в архиве выписал дословно слова телеграммы, направленной командиром во все подразделения полка: "2-го января 1944 года в 9 часов 30 минут на передовой линии пал смертью храбрых заместитель командира 723-го стрелкового полка по политической части подполковник Романюк Павел Филиппович. Обращаюсь ко всем офицерам, сержантам и рядовым с призывом жестоко отомстить за смерть боевого офицера, друга и товарища бойцов, сержантов и офицеров, обрушить на головы фашистских извергов весь огонь нашего оружия. Истребляйте врага в одиночку и группами. Лучшей памятью о нем будет выполнение боевого приказа. 2-го января 1944 года. Командир 723 с.п. подполковник Жирнов".

П.Ф. Романюка похоронили в центре освобожденного через несколько дней Бердичева, его родного города, военкоматом которого он призывался в армию. Телеграмму о его гибели зачитали во всех подразделениях полка, бойцы клялись отомстить за его гибель. Это был невероятно трудный день для полка. Удалось от-разить все вражеские атаки, подбить вражеский танк, истребить свыше 70 солдат и офицеров противника. Наши потери были больше: за сутки боев на 18 часов 2-го января полк потерял 70 человек погибшими и 120 человек ранеными. В последующие несколько дней положение значительно изменилось в нашу пользу. Подтянули всю артиллерию, поступили боеприпасы. 3-го января противник оставил Катериновку, 4-го января подразделения полка выходят на рубеж реки Гнилопять, обходя Бердичев с северо-запада. В этом бою особенно отличался 1-й стрелковый батальон майора Ф.М. Ватухина.

Ватухин Ф.М., майор, командир первого стрелкового батальона нашего полка, 1923 г. рождения, член ВКП(б). Погиб в бою 7 ноября 1944 года. Мать Ватухина проживала в г. Орджоникидзе (ныне Владикавказ) Северо-Осетинской АССР. Ф.М. Ватухин похоронен юго-восточнее с. Гозлицы под г. Сандомир, Польша.

Выйдя на реку Гнилопять, батальон сходу форсирует ее и, продвинувшись на пять километров, перерезав шоссе, ведущие из города в западном и юго-западном направлении, резко ухудшает положение противника, оборонявшегося на подступах к городу. В результате трех сильных контратак врага, в которых кроме пехоты участвовало 12 танков, батальон был потеснен до реки. Однако он подбил в этих боях два танка, уничтожил десять пулеметов и до 150 солдат и офицеров противника. В ночь на 5-е января подразделения полка вторично форсировали реку Гнилопятъ, отбросив противника к мест. Радзивилловка. Это предрешило судьбу Бердичева, который 5-го января был освобожден. Действия батальона майора Ватухина были отмечены приказом командующего 18-й армии генерал-полковника К.Н. Леселидзе. 6-го января полк занял Радзивилловку, захватив 25 человек пленных и уничтожив 150 человек солдат и офицеров противника.

Как видим, бои за Бердичев носили упорный характер. В ходе их фронт не-однократно перемещался в ту и другую сторону. В этих условиях, чтобы не оставлять пехоту ни на один миг без прикрытия минометным огнем батареи, командир батареи капитан Н.Е. Мазур применил передвижение батареи огневыми взводами. Пока один взвод перемещался, другой был в состоянии вести огонь. В наиболее же ответственные моменты огонь вели все шесть минометов батареи. За отличие в боях при освобождении г. Житомира наша 395 Таманская стрелковая дивизия была награждена орденом Красного Знамени, а за освобождение г. Бердичева - орденом Суворова 2-ой степени. В боях за эти города части дивизии уничтожили до двух тысяч солдат и офицеров противника, взяли в плен 200 человек.

К 13-го января 1944 года юго-западнее Бердичева полк вышел на рубеж Вишенька - Юровка, на котором находился в обороне до конца февраля. Весь этот период на нашем участке фронта было относительно спокойно. Относительное затишье нарушали лишь меткие выстрелы снайперов, время от времени огневые перестрелки наших и вражеских арт- и минометных батарей, да поиск разведчиков.

Войска глубоко зарылись в землю. Стояло затишье, но это было затишье перед бурей. Воины полка как и всей дивизии упорно и настойчиво готовились к наступательным боям. Командир батареи, командиры взводов, руководствуясь указаниями свыше, проводили ежедневные занятия и тренировки. Отрабатывались все виды огня при прорыве вражеском обороны, быстрая смена позиций в ходе боя, переносы огня. В вырытых нами позади огневых позиций батареи глубоких траншеях каждую ночь прибавлялись десятки ящиков с боеприпасами. Было по всему видно, что фронт готовится к новым наступательным боям.
Огромную работу в эти дни проводили командиры и политработники, партийные и комсомольские организации по морально-политической подготовке войск к наступательным действиям. В фонде документов нашего полка, хранящихся в архиве, имеются протоколы 6-ти партийных собраний и двух заседаний бюро, написанные мною как парторгом батареи с 12 января по 11 февраля 1944 года (когда был назначен, а потом избран парторгом батареи не помню. – А.К.). Рассматривались вопросы приема в партию, обсуждался доклад командира батареи капитана Н.Е. Мазура «Итоги наступательных боев и наши задачи», вопрос о партийных поручениях, о работе боевого листка и д.р., а также об утрате двумя коммунистами партийных билетов, о недисциплинированности одного из коммунистов. Из восьми принятых в члены партии воинов шесть только что, были награждены боевыми наградами.

В дивизии прошли совещания парторгов и комсоргов подразделений, с вопросом "Неустанно учиться боевому мастерству".

В конце января состоялась конференция боевого актива. С докладом "О некоторых итогах наступательных боев и задачах партийных организаций" выступил заместитель командира дивизии по политической части - начальник политотдела дивизии полковник В.И. Санюк.

С большой речью на активе выступил также командир дивизии полковник А.В. Ворожищев. Мне, молодому солдату и коммунисту, парторгу батареи довелось участвовать в работе актива, собравшегося в чудом сохранившимся здании школы селения Юровка. Успех дивизии в боях по освобождению Житомира и Бердичева, ее награждение двумя орденами, несмотря на все трудности и большие потери, ощущался не только в докладах руководителей, но и во всех выступлениях, буквально воодушевляя актив. Все верили в свершившийся в ходе войны перелом, в нашу грядущую победу.

В ходе Проскуровско-Черновицкой операции войск 1-го Украинского Фронта продвижение частей дивизии только в начале шло без боевого и огневого соприкосновения с врагом. Находясь на правом фланге армии наша дивизия с 5-го по 11-го марта продвинулась на несколько десятков километров.

10 марта 395 Таманская стрелковая дивизия была передана из состава 18 армии в состав 1-ой гвардейской армии, которой командовал генерал-лейтенант А.А. Гречко.
К 11-му марта на нашем участке фронт вышел на реку Южный Буг. (Об этом участке фронта смотри карту № 4.)

И опять, как это было уже неоднократно, в нашем полку отличился 1-й батальон майора Ф. Ватухина, бойцы которого в ночь на 12-е марта первыми переправились через реку и захватили небольшой плацдарм. Форсирование началось в районе села Марковцы в неожиданном для противника месте. Воины батальона в ходе ночного боя продвинулись на линию хуторов Хлибочанских и Чубарово до селения Головчинцы справа. Под руководством комбата они организовали круговую противотанковую и противопехотную оборону. Ватухина в полку хорошо знали и глубоко уважали за воинское мастерство и храбрость. Ему было лишь двадцать лет, а он уже имел пять ранений, был награжден орденом Красного Знамени и двумя орденами Суворова 3-й степени. Ватухин погиб как было сказано выше на земле Польши - ему только что исполнился двадцать один год.
Вместе с батальоном Ватухина на плацдарм переправилась противотанковая рота полка, а саперы лейтенанта Животова сразу же стали наводить переправу. Они протянули через реку тросы и, закрепив их за глубоко врытые в землю столбы, а также деревья, положили поперек тросов доски и плахи с крючьями из вбитых в них и изогнутых толстых гвоздей. Зацепившись за тросы и удерживаясь на них, они - эти плахи - и служили своеобразным настилом моста. Перебросить по такому мосту значительные силы было невероятно трудно, поэтому использовались также плоты, делался более устойчивый мост. Вначале же переправа через разлившуюся реку была очень неустойчивой, а отсутствие дорог и распутица не позволили во время подвезти понтонно-мостовые средства. До сих пор стоит в памяти эта переправа: вся эта хлипкая конструкция раскачивается, провисает в воду и под ее напором образует в реке большую дугу. Несколько человек виртуозов-саперов бегают по настилу с баграми, спасая переправу от ударов проплывающих деревьев, бревен и нечастых, к счастью, льдин. Справа и слева, словно нащупывая переправу, рвутся снаряды и мины, сменяя одну группу другой, налетают самолеты. По настилу-переправе с северного берега на южный, непрерывно двигаются подразделения полка. Проходят стрелки, пулеметчики, минометчики и артиллеристы. В обратном направлении проносят на носилках раненых.

Плацдарм, захваченный нашим полком, с правого фланга включал строения бывшего монастыря, в котором перед войной располагался детский дом. Своим правым флангом он смыкался с плацдармом, занятым 714 стрелковым полком нашей дивизии в районе села Головчинцы. Таким образом, протяженность участка суши, занятого воинами дивизии по правому берегу Южного Буга, составляла не менее трех километров. Продвинувшись южнее Головчинцы наши подразделения перерезали шоссе Проскуров (ныне г. Хмельницкий) - Винница.

День 12 марта был необычайно трудным для наших частей. Противник, под-бросив силы, непрерывно контратаковал. Против наших подразделений действовало десять танков, две самоходных установки «Фердинанд» и до батальона пехоты. В течении дня, передовая смещалась то к шоссе и южным окраинам, занятых в начале нашими бойцами населенных пунктов, то угрожающе приближалась к переправам через реку. Бой в таких случаях закипал и возле строений детского дома, где на позиции во фруктовом саду стояли минометы нашей батареи. Минометчики брались за стрелковое оружие и огнем пулеметов и карабинов отражали вместе с пехотинцами атакующего врага. Особенно отличилась в обороне рота лейтенанта Тогушева - 2-ая рота батальона Ватухина. К исходу дня противнику удалось потеснить батальон к берегу реки, но рота Тогушева свои позиции в районе хуторов Хлибочанских удержала. Переправившись за ночь на плацдарм, 3-ий стрелковый батальон вместе с остатками первого батальона утром пошел в атаку и полностью восстановил положение.

Дела хватало всем. Командир пулеметного расчета сержант А. Баглай отразил в бою под Головчинцами десять атак, был несколько раз ранен, был ранен и его помощник рядовой Акапян, но позицию они удержали. За этот бой Баглай был награжден орденом Славы 2-ой степени.

Метко вели огонь снайперы. В их числе юный воин Вася Курка, один из лучших снайперов дивизии. К этому времени на его боевом счету было уже более ста истребленных им гитлеровцев. Вася Курка в этом году получил звание лейтенанта, возглавил снайперскую команду. Лейтенант Василий Курка погиб 12 января 1945 года на земле Польши, имея на боевом счету 179 гитлеровцев. Он был награжден орденами Красного Знамени и Красной Звезды.

В боях за плацдарм отличился и снайпер сержант Василий Богатырев, имевший на боевом счету 69 фашистов. Блестяще вела снайперский огонь и ученица Василия Курки старший сержант Ольга Ивановна Кириченко. На её боевом счету было 62 неприятельских солдата. В документах полка говорится о её награждении орденом Отечественной войны 2-ой степени.

Все снайперы дивизии и нашего полка называли себя учениками Василия Курки. Но сам юный снайпер считал себя учеником знатного снайпера еще по боям 1941-1942 гг. Максима Семеновича Брыксина. В мирное время донецкого врубмашиниста шахты «57 бис» в г. Свердловка под Ворошиловградом (ныне г. Луганск). Боевая история М. Брыксина не проста. Он был ранен в 1942 году под г. Ново-Батайском и эвакуирован с поля боя санитарами. А его снайперскую винтовку с монограммой Военного совета фронта фашисты подобрали и выпустили листовку, что знатный снайпер добровольно сдался в плен. Брыксин после госпиталя и службы в других частях, только осенью 1943 года вернулся в родную дивизию, встретился со своим учеником В. Курка и гордился им, как родным сыном. Все мы гордились подвигами этих мастеров огня и учились на их примере.

В ходе боев на плацдарме в районе села Головчинцы многие солдаты заявляли о своем стремлении бороться с врагом, будучи коммунистами.

Рядовой Лосев в своем заявлении писал: «Хочу сражаться с врагом, будучи коммунистом. Оказанное мне доверие оправдаю с честью». Воин свое слово сдержал. При форсировании реки и в дальнейшем бою он был в первых рядах и личным примером увлекал бойцов. Отличился и рядовой Лаптев, истребивший десять гитлеровцев и награжденный за смелость и отвагу орденом Красной Звезды.

Шесть суток продолжались непрерывные, ожесточенные бои за плацдарм и ни один день из них не был более легким. Уже I3 марта противник, чтоб очистить шоссе, ведущее от Винницы к Проскурову, бросил в бой на участке дивизии части своей 16-ой танковой дивизии. Тяжело пехоте бороться с танками, а у нас на плацдарме танков не было. Враг потеснил подразделения 714 полка, вновь захватил Головчинцы, ему также удалось продвинуться и в районе хуторов. Однако сбросить нас с плацдарма ему не удалось. И в последующие дни борьба за плацдармы на Буге не утихала. Этот небольшой участок земли был буквально перепахан взрывами бомб, снарядов и мин, так как атаки противника поддерживались мощным огнем артиллерии, 6-ти ствольных минометов, самолетами. Самолеты противника группами по 5-7, а нередко и до двадцати машин «Ме-109», «ФВ-190», «Ю-87» бомбили и обстреливали боевые порядки наших частей и район переправ через Южный Буг.

В этих боях с 12 по 17 марта наш героический полк потерял в общей сложности 137 человек погибшими и пропавшими без вести, 273 ранеными . В алом шелке знамени полка, которое ныне хранится в Центральном музее Вооруженных Сил, как бы вплетена кровь его героев.

Правее нас столь же стойко сражались солдаты 714 полка нашей дивизии. Об их мужестве и геройстве можно так же привести много примеров. Главное же - итог. Противнику не удалось вернуть занятый нашими бойцами плацдарм. Дорога Проскуров - Винница в эту пору ожесточенных сражений за освобождение Подолии, в пору весенней распутицы была перекрыта нашими частями и не могла использоваться врагом для передвижения его войск. Противник, пытавшийся во что бы то ни стало вернуть ее, потерял за шесть дней боев в ходе своих контратак на позиции нашего полка свыше 700 человек убитыми, ранеными и пленными, шесть танков и много другой боевой техники.

И еще следует сказать слою о майоре Ватухине. Скажем языком документа. В журнале боевых действий полка на листе 35 записано: «В 1:00 13.03.1944 года командир 1-го стрелкового батальона майор Ватухин, собрав остатки отошедших с хутора (имеется в виду хутор Хлибочанский - в ряде документов пишется Глибочанский) групп 1-ого батальона на левом берегу реки, переправился с ними через реку выше хутора, неожиданно и стремительно атаковал с запада находившегося там противника и, при огневой поддержке 3-го стрелкового батальона, выбил врага из хутора, к 5:00 13.03.1944 года полностью восстановив положение».

В период этих боев я был командиром расчета 120 мм миномета минометной батарей полка. Наш командир капитан Н. Мазур, как всегда, и на этот раз оказался на высоте. Чтобы расположить минометы батареи возможно ближе к пехоте с расчетом возможности ее непрерывной поддержки при продвижении вперед, он выдвинул минометы одного огневого взвода непосредственно на плацдарм. Помнится, минометы располагались во фруктовом саду, недалеко от детского дома. Но так как на транспорте подъезда на плацдарм не было, то остальной состав батареи, в том числе и наш взвод занимался доставкой на огневую позицию боеприпасов. Каждому из нас довелось пройти по упомянутой выше переправе за время боев на плацдарме не один десяток раз. Сначала протащили в разобранном виде сами минометы, а ведь это ствол весом в 110 килограмм, плита - в 120 и вертлюг - 64 килограмма.

Теперь, по прошествии многих лет можно только диву даваться сноровке и силе бойцов, сумевших по этому импровизированному мосту ловко и быстро пере-бросить боевую технику на южный берег. К слову сказать, еще более ловко были переброшены через мост противотанковые орудия. Потом мы все эти дни носили на себе боеприпасы: по пудовой мине на каждом плече, балансируя по вибрирующему от потока и содрогающемуся от взрывов мосту. Несли также цинки с патронами, ящики с противотанковыми снарядами. В обратном движении помогали переправлять раненых.
Зато в свободные для сна часы (обычно с утра до обеда) нашу группу, уставшую до безразличия, отводили на отдых в находящийся за увалом какой-то тихий и уютный, несмотря на ближнюю войну, хуторок Вишневое. Добрая половина нашего взвода стояла постоем в приветливой хате Антонюков. Бедно жили люди во время войны, но всем, что имели в крестьянском хозяйстве, они готовы были поде-литься с бойцами. Особенно тянулись к солдатам дети: Иван, Гриша, Вера. Бойцы, в ответ на душевную шедрость, готовы были и помогали семье всем, чем могли: угощали детишек своей пайкой сахара, помогали готовить топливо, чинили ограду, хату. После войны Вера Антонюк по одной из газетных заметок разыскала меня. Дружба с членами этой замечательной украинской семьи у нас продолжается до сих пор.

Из нашей батареи за бои на плацдарме был награжден: ездовой ефрейтор Сергей Стрекачев. Ездовым на подвозке боеприпасов особенно было нелегко. Ведь берег реки на подъезде к переправе от села Марковцы хорошо просматривался противником. Стрекачев умудрялся провозить к переправе свой взрывоопасный груз да-же днем. Медаль «За Отвагу» украсила грудь солдата. Медали «За Отвагу» в ходе этих боев получили командир отделения связи сержант Анатолий Зикеев «за обеспечение бесперебойной связи позиций батареи с наблюдательным пунктом комбата» и телефонист ефрейтор Дмитрий Рощупкин. Всего, как свидетельствуют документы архива, за время боев на Бугском плацдарме полк отбил 23 контратаки противника.

В ночь на 18-е марта нашу дивизию на плацдарме сменила 30-я стрелковая дивизия, позиции нашего полка принял 256-й стрелковый полк. С грустью и сер-дечной болью покидали бойды свои окопы, места, где оставили многих своих бое-вых друзей. Спать почти не пришлось, так как начался стремительный марш по бездорожью. Огибая Проскуров с севера примерно по линии реки Бужок, с 18 по 21 марта мы вышли из района Летичева, что восточнее Проскурова в район села Захаровцы, расположенного на северо-западе от областного центра. Здесь к этому времени для фронтального наступления на юг в сторону Каменец-Подольска развернулись большие силы: наша 1-я гвардейская армия, правее нас 60-ая армия, а на смежных флангах этих армий три танковые армии: 1-я и З-я гвардейские и 4-я.

Наша армия при поддержке 3-й танковой наступала в общем направлении на Каменец - Подольск. 21 марта в ходе жестокого боя полки дивизии отбросили части 19-й танковой дивизии противника в южном направления и наш полк в два часа дня вступил в село Данюки, на следуюший день в четыре часа дня после короткого и стремительного боя, когда стрелков повел в атаку непосредственно командир полка были освобождены Немичинцы. Здесь было уничтожено в напряженном бою около ста вражеских солдат и офицеров, подбит танк. К исходу дня полк занял село Фельштин (ныне село Гвардейское).

27-29 марта 723 и 726 стрелковые полки, выдвинувшиеся далеко вперед, под Тынну и Нестеровцы оказались как бы в подковообразной дуге. В районе Нестеровцы-Зеленче находились крупные силы противника с большим количеством танков и бронемашин, а в район Савинцы из-под Ярмолинцы прорвались его отходившие части. В этих условиях командир полка принял решение занять круговую оборону и, оседлав железную дорогу на участке Нестеровцы-Зеленче, держаться до подхода артиллерии и главных сил.

В истории боевых действий 723 стрелкового полка об этих боях говорится: «Отходя из левого фланга фронта, противник 27 марта вновь занял Тынную. Полк оказался в полном окружении на значительной глубине в тылу противника. В течение трех дней, занимая круговую оборону в небольшом лесу на станции Нестеровцы, полк одновременно предпринял ряд дерзких боевых операций и нападений на отходящие части противника. Перемалывались и истреблялись также разрозненные группы противника, которые проходили около леса по полотну железной дороги. Понеся значительные потери от действий полка, находившегося в их тылу, гитлеровцы организовали большой отряд - свыше 400 человек, вооруженных пулеметами и автоматами, развернувший наступление на позиции полка. Обстановка создалась исключительно напряженная. Все места, занимаемые полком простреливались и перестреливались пулеметами и автоматами противника. В атаках гитлеровцы гнали перед собой гражданское население».

Бой 29 марта под станцией Нестеровцы был для нашего полка необычайно тяжелым. После нескольких безуспешных атак под вечер вражеские автоматчики ворвались в лес. Бой шел по всему перелеску: возле штаба полка, в расположении тылов и обоза, на огневых позициях нашей минометной, а также полковой артиллерийской батареи. Миномет, как оружие, в таких случаях бесполезен. Мы ответили по навалившемуся врагу дружным огнем. А потом по призыву старшего офицера батареи и парторга минометчики, как один, устремились в атаку. Мастерски разил врага из трофейного пулемета донецкий шахтер сержант Федор Убийко, спорыми, но меткими очередями, вели огонь из автоматов сержанты Н. Притворов и А. Карпов, их поддерживали прицельным огнем из винтовок и карабинов бойцы А. Годнов, А. Насинник, Д. Ращупкин и Г. Бабич.

Когда группа гитлеровцев прорвалась к обозу санитарной роты, то весь ее состав: санитары и ездовые, врачи и медсестры, раненые и больные взяли в руки оружие. Во многих местах бой доходил до рукопашной. Артиллеристы 76-мм пушек полковой батареи, расходуя последние снаряды, вели огонь по противнику в упор. Особенно отличился в ведении огня картечью командир орудия ст. сержант Потапов.

Прорвавшийся в лес враг был остановлен, а затем общей атакой всех воинов полка при громогласном российском «Ура!» выброшен из леса. Помнится, более километра мы преследовали бежавших гитлеровцев. Здесь на опушке леса меня ранило в лицо пулей на вылет.

В ходе боев этого дня было уничтожено более 250 солдат и офицеров противника, захвачено десять пулеметов, 25 винтовок, другое оружие и боевая техника. Полк удержал занятую позицию, усложнив передвижения врага. Потери полка были также значительны. Из нашей батареи, кроме меня, были ранены: сержант А. Карпов, рядовые П. Дубовой, Н. Насинник; погиб мл. сержант Н. Притворов.

Ранение 29 марта 1944 года в лесу под Тынной было для меня многокровным, в отличие от предыдущего ранения на платформе 17-ый км на Кубани, когда осколок гранаты ударил мне в ногу в районе голенной чашечки. Тогда было больно, нога отказывала, но кровь не шла и перевязка почти не кровоточила. Здесь же было совсем по-другому. Изгнав противника из леса, наша цепь залегла. Я повернулся налево посмотреть, все ли наши в цепи. И вдруг, словно мощный удар молотом по правой щеке. Пуля вошла в щеку, пробила нос и вышла навылет в левую ноздрю. Сознание я не потерял, но тут же залился кровью. Она шла не только из пробоин, но и из ноздрей. Заряжающий нашего расчета красноармеец А. Морушко оттащил меня в гущу леса и помог санинструктору закрыть тампонами отверстия от пули и ноздри и сделать перевязку. К счастью, бой затих, так как немцы отступили. Полк начал переход на новые позиции, а нас, раненных в этом бою, на подводах отправили в медсанбат.

Когда меня привезли в челюстно-лицевой госпиталь 1-го Украинского фронта, расположенный в г. Городке, то при виде находившихся в нем и ежедневно посту-павших новых раненых с их искореженными головами, лицами, челюстями мое ранение показалось мне легким, каким в действительности и было. Пришлось удалить несколько зубов на правой верхней челюсти. В этом госпитале я пробыл около трех недель, да почти месяц в госпитале для выздоравливающих в г. Проскурове. После госпиталя совершил пеший переход в г. Изяслов, под г. Шепетовка в запасной полк. Через несколько дней полк эшелоном был направлен в распоряжение 4-го гвардейского танкового корпуса, располагавшегося на формировании в районе местечка Теребовля, южнее г. Тернополя.


Карта № 4

Сёла Марковцы и Головчинцы - восточнее г. Проскурова (ныне г. Хмельницкий) - район форсирования р. Южный Буг частями 395 сд, март 1944 г.

Карта

Посмотреть на Яндекс.Картах

View Larger Map